Кино, ТВ и театр / 31 июля 2014
Теги: Музыка

Эдита Пьеха: Я радуюсь, что еще нужна зрителям

Свой день рождения Эдита Пьеха по традиции отмечает на сцене. Такую форму празднования певица придумала 20 лет назад. За эти годы на концертах, проходивших 31 июля, Пьехе было подарено около 2000 букетов и 50 корзин с цветами.
Эдита Пьеха: Я радуюсь, что еще нужна зрителям
Фото: kievrus.com.ua

– Эдита Станиславовна, на концертах вы всегда появляетесь в очень красивых платьях от известных кутюрье. В этом году тоже покажете новую коллекцию?

– Нарядов у меня тьма. И я даже иногда надеваю то, что публика уже забыла. А специальные коллекции шью только к определенным датам. Но я уверена, что нельзя превращать концерт в демонстрацию мод. Однажды  в «Правде» написали «немодная певица, которая всегда остается модной». И это стало для меня самым большим комплиментом.

У меня за долгие годы концертной деятельности сложился свой стиль. Люблю будуарную красивую одежду: шифоны, перья, цветы. Кстати, цветы — это мой обязательный аксессуар, который заменяет бриллианты. Бриллианты я никогда в жизни не носила, ведь я из бедных людей и вкус к драгоценностям за всю жизнь у меня так и не появился. Помню, мама из лоскутков делала потрясающие цветы, которые я прикрепляла к выходному платью.

– Почему вы покинули Питер и живете за городом?

– У меня есть квартира в центре Петербурга, но уже много лет живу на  даче. Дом построить я решила в 1989 году. У меня был участок в Грузино, где расположены дачи известных питерских актеров и музыкантов, но оттуда я убежала, потому что не люблю жить там, где  знаменитости. Мне всегда казалось, что это не мое. Я же сама из простых — дочь шахтера, все детство и юность провела в шахтерских городках, поэтому купила участок с домом в обычном садоводстве. Заплатила тогда огромную сумму — 25 000 рублей, а потом снесла этот дом за 30 000. Дом оказался непригодным для жилья. Пришлось строить новый. На это ушло семь лет, зарабатывала деньги на гастролях.

– Говорят, вам и советского гражданства пришлось ждать больше десяти лет?

– Я уже была известная эстрадная певица, но жила в СССР с польским паспортом. В 1961 году получила приглашение выступать в парижской «Олимпии» от ее директора господина Кокатрикса. Но меня никто в Париж не отпустил, а Кокатриксу объяснили, что я болею. Прошло какое-то время, и пришло второе предложение, но оказалось, что Пьеха снова больна. И так продолжалось еще три года. Только в 1965 году Кокатрикс смог спросить меня при личной встрече: «В чем дело, вы не хотите ехать в Париж?» В ответ я показала ему свой польский паспорт. Он же только рассердился: «При чем здесь ваш паспорт! Ведь вас никто не будет объявлять польской гражданкой. На афишах будет написано «Мюзик-холл из Москвы», и никому неинтересно, какого цвета ваш документ». Тогда же он пригрозил министру культуры Фурцевой, что если я не приеду в Париж, он устроит скандал на всю Европу. И я поехала. Но мой польский паспорт у меня на границе люди в погонах сразу забрали, чтобы я нигде не посмела сказать, что я не советская. И только в 1968 году я получила советское гражданство.

– А был человек, который во многом определил вашу судьбу?

– Сан Саныч Броневицкий имел на меня огромное влияние. Он из меня вылепил певицу, но во многих вещах его влияние мешало. Например, как-то сказал: «Ты никогда не выучишь английский язык». Я знала, что очень способна к языкам, легко в свое время заговорила по-немецки, выступив на Кубе, начала говорить по-испански. А вот с английским у меня всю жизнь проблема, как будто что-то мешает постичь этот язык изнутри. Не дал мне Броневицкий научиться плавать. У меня уже начало получаться, я освоила разные стили плавания, но Сан Саныч был жутко ревнивым и приревновал меня к тренеру. На этом моя дружба с водой закончилась.

Еще он запрограммировал меня на то, что я никогда не научусь водить машину и нотную грамоту мне знать необязательно. Кстати, когда после моего первого выступления, в судьбоносную новогоднюю ночь 1956 года, мне предложили учиться на вокальном отделении консерватории, Броневицкий отрезал: «Нет, тебя там испортят. Вот что есть от природы, то пусть и останется». На этом все и закончилось, и я всю жизнь песни на слух учу.

– Вас часто называют женщиной без возраста. Долго еще хотите оставаться на сцене?

– Знаете, в начале 60-х годов меня  «похоронили». Тогда  у меня была жуткая пневмония, и друзья положили меня лечиться к своим знакомым — очень хорошим врачам в онкоцентр. По вечерам я из больницы ездила на концерты, а на такси возвращалась обратно в клинику, где с утра начинались процедуры. Но таксисты, которые меня туда подвозили, пустили слух, что я нахожусь в онкологическом институте. Потом я уехала на длительные гастроли, а по городу пошел упорный слух, что я умерла. Дошло до того, что  в городскую квартиру приходили люди с венками. Но я смогла преодолеть эту неприятную ситуацию. Моя бабушка как-то сказала: «Ты будешь жить долго, как я». А она прожила до 95 лет. Так что у меня еще есть время. Я не буду устраивать прощальных туров. Все произойдет само собой. Моя публика будет уставать и кто-то уйдет в мир иной. И я постепенно устану, и  начну вязать носки. А сейчас я радуюсь, что еще нужна.

Ольга Журавлева

Подписывайтесь на ИА «Ньюс» ВКонтакте, чтобы быть в курсе главных новостей и событий дня

Комментировать / Читать комментарии

Все новости рубрики

Новости
1505919854.gif
1431949125.jpg

Новости рубрики «Кино, ТВ и театр»