Общество / 26 ноября 2009

...Да всю правду говори!

В русской юриспруденции XV-XVIII веков существовало четыре метода дознания, или «разыскания истины», как тогда говорили. Это допрос, расспрос, розыск и пристрастие.
В русской юриспруденции XV-XVIII веков существовало четыре метода дознания, или «разыскания истины», как тогда говорили. Это допрос, расспрос, розыск и пристрастие. И если при простом допросе презумпция невиновности как-то еще допускалась, то три остальных метода в той или иной степени были связаны с истязанием подозреваемого, или, попросту говоря, пыткой.

Это просто праздник какой-то
За что пытали? За подозрение в убийстве, грабеже, разбое, за незаконную порубку леса, иначе говоря, за всякую уголовщину. Политических же «злочинцев» пытали с особым пристрастием. Однако встречались в пыточной практике и случаи необычные. Так, в юридических актах конца XVII века можно ознакомиться с делом на одного мужика, которого пытали кнутом за… «курение табаку». Еще более несуразный случай, с современной точки зрения, произошел в 1641 году с приставом Яковом Китаевым, которого подвергли пытке на дыбе, чтобы узнать, достаточно ли ревностно в том учреждении, где он служит, взыскивают государственные и частные долги. Разъяренный пристав, вылетев после экзекуции из застенков на свет божий, поносил своих палачей, рыдая и жалуясь честному народу: «Мало того что руки вывернули, ироды, так еще и шапку с кушаком уперли…» (Злоупотребления в правоохранительных органах, как видно, имеют давнюю историю.)
Да, на пыточное дело наши предки взирали со свирепым простодушием, и если кто попадал в Розыскной приказ, тому не помогали ни титулы, ни должности. В народе пыток боялись. И было за что. Стоны, крики, проклятия, доносившиеся из губных и съезжих изб, где проводилось «изыскание истины», заставляли содрогаться даже людей неробких.
Пытали, как правило, по праздникам (!), и самым традиционным истязанием на Руси была дыба, или виска, как ее еще называли. При пытке на дыбе человеку скручивали сзади руки длинной веревкой, конец ее перебрасывался через блок, закрепленный у потолочного свода, ноги допрашиваемого связывались, к ним прикреп­лялась тяжелая колода. Когда один из палачей начинал тянуть за веревку, тело несчастной жертвы как бы подвешивалось, вытягивалось, сотоварищ «заплечного мастера» становился на колоду и подпрыгивал, увеличивая тем самым мучения допрашива­емого. И тогда вступал в дело третий палач. Размеренными ударами кнута он полосовал «в ремни» спину жертвы. «Пыточные речи» допрашиваемого записывались тут же: вначале вопросы и ответы «с подъема», т. е. когда подняли жертву, затем «с пытки», когда били кнутом, и, наконец, «с огня», когда человека, сняв с дыбы, жгли огнем.

Кнут — не дьявол
Степень устрашения при таких пытках зависела от степени «откровенности» допрашиваемого, его физического состояния и фантазии «заплечных мастеров». Последние в своем деле были весьма изобретательны. Если клиент продолжал упорствовать и запираться, в ход шли раскаленные клещи; если и это не помогало, жертве зажимали пальцы в тиски… Допрашиваемые зачастую погибали раньше, чем решались признаться в содеянном.
Популярной среди «заплечных мастеров» была и пытка «шиной», когда раскаленным железом водили «с тихостью по телам человеческим, которые от того шипели, шкварились и вздымались». Для преступников «маловажных» и пытки применялись попроще. Так, в полицейских участках задержанных часто «кормили селедкой», т. е. давали в изобилии соленую пищу и ни капли воды. В ходу были и так называемые «шелепы» — длинные и узкие мешки, наполненные мокрым песком, удобные тем, что после их применения на теле допрашиваемых не оставалось никаких следов.
При экзекуциях практиковались травля дымом, а также «сидение на стуле». «сидение» заключалось в том, что «злочинца» приковывали цепью к тяжелой деревянной колоде, называемой «стулом», и, чтобы перемещаться, человек должен был тащить за собой и эту колоду.
Но признанным королем русской пытки был все же кнут. «Кнут не дьявол, а правду сыщет», — так боязливо говаривали люди об этом пыточном инструменте. В руках опытного палача кнут мог с легкостью «выбить показания» у самого стойкого или двумя-тремя специальными ударами отправить несчастного на тот свет. Пытка кнутом была и эффективной, и доступной, т. к. не требовала дополнительных приспособлений. Один из палачей хватал жертву за руки, забрасывал себе за плечи (отсюда и «заплечных дел мастер»), а другой, стоявший за спиной жертвы, пускал в ход свой карающий инструмент.
Пыточный кнут (толщиной в палец, длиной в пять локтей) пытались модернизировать, снабдив его железными лапами и назвав «кошкой». Но «кошки» для «тонкого» процесса дознания оказались малопригодны — жертвы под ударами такого кнута падали замертво прежде, чем решались в чем-то признаться.

Спасибо Екатерине
Как относились власти к институту пыток? Петр I, одержимый странной склонностью присутствовать при самых страшных истязаниях, все же понимал, что «пыточный диапазон» следует сузить. Именно по его повелению в печально знаменитом Соловецком монастыре были закрыты так называемые «темные» тюрьмы, в которых люди содержались десятки лет в совершенной темноте, и если и выходили оттуда, то слепыми. Дочь Петра Великого, императрица Елизавета Петровна, искренне возмущалась пыточным варварством. Она даже запретила пытать детей до двенадцати лет, хотя уже тринадцатилетние могли подвергаться истязанию так же, как и взрослые. Хоть и пыталась Елизавета Петровна сделать определенные гуманные подвижки в российском судопроизводстве, но когда открылся заговор против нее, на эшафот возвели изящнейших красавиц — фрейлин ее двора. И вырезали им языки, «дабы впредь никому не повадно было злословить добросердечную монархиню».
Решительнее всех против института судебных пыток выступила Екатерина Вторая. Понимая, что российское судопроизводство сильно подрывает ее репутацию просвещенной монархини, каковой она заслуженно пользовалась в Европе, Екатерина в 1744 году своим указом отменила пытки. Указ этот был, однако, как бы негласным, «для служебного пользования». Простой люд не был с ним ознакомлен, над чернью и впредь должен был незримо висеть пыточный кнут. Однако дело было сделано. Благородное дело.

Владимир ВЕРБИЦКИЙ

Подписывайтесь на ИА «Ньюс» ВКонтакте, чтобы быть в курсе главных новостей и событий дня

Комментировать / Читать комментарии

Все новости рубрики

Новости

Новости рубрики «Общество»